«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

Майкл Оуэн не скаузер. Но 20 лет назад у скаузеров не было большей гордости, чем он. Золотого мальчика с десяти лет называли лучшим игроком своего возраста. В 15 он держал график в 1,5 гола за матч в юношеской сборной. В 18 – мстил Аргентине за Марадону на чемпионате мира.

Важной составляющей популярности была атипичность дарования. Оуэн будто намеренно противопоставил себя классической атрибутике английских девяток. Он был маленьким, узкоплечим, мягко работал с мячом и совсем не выглядел человеком, тормозящим головой о штангу. Британский футбол переживал период подражания европейцам, и Майкл с его очень континентальным талантом казался нападающим будущего – тем самым, который вернет английской игре величие.

Определяющим качеством была скорость. В детстве Оуэн занимался легкой атлетикой и, по слухам, съедал 100-метровку за 10,8 сек. На поле он соревновался не с защитниками, а со временем. «Ливерпуль» полностью перестроил и упростил игру: отправлял мяч на чужую половину, а нападающий превращал неприцельные выносы в угрозы.

Чемпион мира Карл-Хайнц Ридле пришел в «Ливерпуль» в 97-м и обалдел от знакомства с уникальным проспектом: «Невероятно видеть его игру и одновременно осознавать, что ему всего 17. Он слишком хорош и быстр, для своего возраста отлично видит поле и понимает футбол. Он уже прекрасный игрок, а через год-два станет великим». Его слова оказались пророческими. К 19 годам Оуэн дважды становился лучшим бомбардиром АПЛ. В 22 – выиграл «Золотой мяч».

«С 10 до 17 лет в мире не было никого лучше меня, – рассказывал Оуэн. – В 18 я забивал на чемпионате мира, в 21 выиграл «Золотой мяч». Но если честно, лучше всего я играл в 19. Тогда я получил серьезную травму – с нее все и началось».

Возможно, сегодня памятник Оуэна стоял бы напротив «Энфилда», но в 2004-м он повелся на лоск «галактикос».

«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

Оуэн стал полноценной звездой в возрасте, в котором не каждый пробивается в молодежку. Британские медиа сходили по нему с ума. Чудо-мальчику прощали все. Заведомая непогрешимость делала его сильнее: Майкл очень легко относился к давлению – знал, что все равно будет лучшим.

«Я всегда был предельно уверен в себе, – вспоминал нападающий. – Находил позитив даже там, где другие увидели бы только плохое. Плохо обработав мяч на разминке, я вообще не парился: решал, что исчерпал лимит плохих приемов и зажгу в игре. Промахнувшись трижды подряд, даже не думал, что игра не пошла – вместо этого решал, что ни один другой нападающий не нашел бы такие моменты. На основании всего этого я считал, что ни разу не сыграл плохо».

Юный Оуэн играл настолько остро и качественно, что казался новым феноменом. Но прорыва не случилось. В 20 его прогресс остановился. Он остался бесперебойной голевой машиной, гарантирующей мячи в каждой второй игре (очень высокий показатель для того времени), но больше не будоражил обещанием инопланетного уровня. И все равно Англия обожала его. Только Бекс превосходил его в популярности.

Такое резюме идеально вписывалось в идентичность «галактикос». К 24 годам Оуэн забил 158 голов за «Ливерпуль», но неожиданно завозился с переговорами по контракту. «Реал» моментально оказался на горизонте. Флорентино Перес собрал в одну команду Зидана, Роналдо и Фигу – и теперь хотел в коллекцию четвертого обладателя «Золотого мяча».  

«Переход Оуэна следует нашим традициям. Мы покупаем талантливого нападающего, который привнесет в клуб нечто особенное», – сказал тогда Перес. 

«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

«Реал» не забрасывал «Ливерпуль» деньгами, не кружил голову Майкла огромной зарплатой и не вел закулисных игр. Все зависело от него самого. Контракт действовал еще год – у Майкла хватало времени на продление.

Решение заняло неделю. Все это время Оуэн не спал: «Ливерпуль» был всей его жизнью, а «Реал» – детской мечтой. «Я боялся, что буду вечно сожалеть об отказе, – рассказывал он Goal. – У меня был шанс познакомиться с новой лигой, страной и культурой, надеть легендарную белую форму и сыграть на «Бернабеу» рядом с Зиданом, Фигу, Бекхэмом и Роберто Карлосом».   

В конце концов Оуэн пришел к компромиссу с самим собой. Спустя неделю он пришел к директору «Ливерпулю» Рику Пэрри и договорился, что через несколько лет клуб выкупит его обратно. Пэрри пообещал. Майкл успокоился и принял предложение – рассчитывая, что остаток карьеры проведет в родном клубе. Уезжая, нападающий плакал.

«Всю карьеру я слышал разговоры болельщиков о том, предан игрок клубу или нет, – писал Оуэн в автобиографии, написанной после завершения карьеры. – Это полная чушь. Правда в том, что большинство футболистов не так и преданы клубам. Да, они говорят это, пока числятся в клубе, но если другая команда предложит сделку, которая улучшить их жизнь – вы сразу увидите цену их лояльности. Концепция преданности – миф, с которым игроки никак не связывают себя».

«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

Майкла благословил сам Пако Хенто – назвал англичанина монстром и отдал свой 11-й номер. Но больше всех радовался Камачо. Тренер рассчитывал, что появление еще одной суперзвезды встряхнет разленившихся и недисциплинированных «галактикос»: «Оуэн увеличит конкуренцию и заставит остальных поволноваться перед объявлением состава на матч. Само собой, Рауль и Роналдо могут потерять место в старте».

Самого новичка не пугал уровень конкуренции – он был все тем же самоуверенным чудо-мальчиком, что и прежде: «Я выиграл «Золотой мяч» и потому совсем не думал о том, что кто-то там может оказаться лучше меня. Я хотел, чтобы Зидан пасовал на меня. Чтобы Роналдо отдавал мне мяч, даже если меня держат втроем. Их уважение я ставил превыше всего, и мне не терпелось начать тренировки и показать им, насколько я силен».

Майклу хватило получаса, чтобы показать класс. В первом же матче он заменил Рауля и спас «Реал» от ничьей с «Мальоркой»: открылся в свободную зону, раскачал защитника и тонко подрезал на дальнюю штангу. «Мадрид» выиграл 1:0.

Несмотря на классный дебют, в следующем матче Оуэн вышел в концовке. В Лиге чемпионов он вообще остался в запасе. Место девятки прочно забронировал невероятный Роналдо, и Майкл конкурировал с Раулем за место второго форварда – но заведомо уступал: испанец шикарно прятался в глубине и атаковал из тени, а британец вдали от острия терял главное преимущество – спринты за спины.

Подыскивая место новой звезде, Камачо перевел Зидана и Гути в опорную зону – и вставил Оуэна в пару с Роналдо. Рауль перешел на фланг. Новичок отреагировал 5 голами в 5 матчах. Но 0:3 от «Барсы» вернули «Мадрид» в реальность. Камачо поднял Зизу обратно на левый фланг. Майклу осталось добивать уставших соперников во вторых таймах и подменять основных игроков в матчах попроще.

«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

Даже в этой роли он оказался удивительно эффективным. Оуэн забил 16 мячей за сезон (45 матчей, из них всего 22 в старте) и стал лучшим бомбардиром «Реала» по относительным цифрам. Британец тратил на гол 151 минуту. У Роналдо уходило 152 минуты, у Рауля – 269.

Все это не принесло ему места в старте. Защищая соотечественника, журналист Guardian Сид Лоу назвал Камачо «человеком с тактическим чутьем куска фанеры». Но скорее всего, дело было в самом Оуэне. Его техника выделялась на сером фоне классического британского стиля. Рядом с Роналдо, Зиданом и Фигу он растворялся – и если не забивал, то ничем не привлекал внимания. А в «галактикос» внимание было всем.

Параллельно у него не сложилось и в быту. Оуэн с семьей жил в отеле – и постоянно жаловался на папарацци. Жена уговаривала вернуться домой. «Реал» был не против. К 2005-му Перес разочаровался в первом созыве «галактикос» и готовил новые громкие трансферы. Майкл выпал из сферы его интересов. В начале нового сезона Фло постучался в номер британца:

– «Ньюкасл» предложил 16 миллионов фунтов. Если хочешь уйти, уходи. Хочешь – оставайся.

– Но я хочу в «Ливерпуль».

– Это невозможно. «Ливерпуль» не предлагал таких денег.

«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

«В футбольном плане меня все устраивало, – объяснял уход Майкл. – Я чувствовал себя как дома и показывал класс в игре. Людям казалось, что я всегда выходил со скамейки, но я играл постоянно. Тем не менее я не был уверен, что сыграю столько же матчей в следующем сезоне. «Реал» только что купил Робиньо и Жулио Баптисту, держал в составе Рауля, Морьентеса и Роналдо. Я подумал: «Боже, через год чемпионат мира, я не хочу сидеть на скамейке».

В 2005-м Оуэн перешел в «Ньюкасл» – и больше никогда не играл на мировом уровне: «Я думал, что выиграю еще один «Золотой мяч», но не знал, что травмы остановят меня. Больше всего мою гордость задевает то, что люди запомнили меня после 25 лет. На моей спине было написано «Оуэн», но я не был Майклом Оуэном. Я старался изо всех сил. У меня сохранился характер одного из лучших игроков мира, а тело подвело. Это была пытка».

***

В 2005-м Майкл сломал плюсневую кость, порвал кресты и мучился с бедром и паховыми мышцами. Его колено так и не восстановилось после травмы сухожилия в 19 лет. Каждое ускорение заканчивалось разрывом мышцы – и Оуэн отказался от рывков. Гиперзвуковые спринты, которые обеспечили ему славу, стоили ему всего. Майкл считал, что истощил организм постоянными взрывами с места. Мечта выиграть еще один «Золотой мяч» так и не сбылась.

Не сбылась и другая мечта – о возвращении в «Ливерпуль». Оуэн несколько лет отдал «Ньюкаслу», а потом перешел в «МЮ» – других предложений не было. В 2020-м бывший чудо-мальчик пронзительно признался в интервью Джейми Каррагеру:

«Тяжело было вернуться на «Энфилд» в футболке «Ньюкасла» и услышать свист. Я плакал в раздевалке, надеясь, что никто не увидит.

«Свист «Энфилда» убивает меня». Оуэн был идолом «Ливерпуля», но повелся на блеск «Реала» – и стал дома чужим

Я по-прежнему люблю «Ливерпуль». Знаю, что тебя до сих пор боготворят в клубе. Когда-то я был как ты. Я думал, что уеду на год и вернусь, но отъезд все испортил – отношение ко мне стало прямо противоположным. Если я иду по Копу, мне кричат: «Чертов манк» и другие похожие вещи. Чертовски тяжело жить с этим.

Это убивает меня, и я ничего не могу сделать. Было бы здорово забить на все, прожить спокойную счастливую жизнь, но проблема в том, что я не могу. Я знаю, где мой дом, но не могу изменить того, что сделал».

***

Источник: sports.ru
sport

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

8 − 2 =