• Впервые имя Рафы Бенитеса было упомянуто в правящих кругах «Ливерпуля» после ничьей в Кубке УЕФА против «Марселя». Была середина марта 2004 года, и французская команда только что выбила «Ливерпуль» из европейского соревнования. Ходили слухи, что если Жерар Улье быстро не улучшит ситуацию, то Бенитес возглавит список кандидатов на его замену. Дальнейшие перспективы уже выглядели мрачным для французского тренера, учитывая, что лучшее, к чему он мог реально стремиться — это всего лишь четвертое место в Премьер-лиге. Но это, по крайней мере, давало «Ливерпулю» шанс на отборочные раунды к следующей Лиге чемпионов.

    Пик правления Улье пришелся на 2001 год, когда «Ливерпуль» выиграл пять трофеев за шесть месяцев и занял третье место в Премьер-лиге. «Следующим шагом должно было стать завоевание титула», — признает тогдашний помощник француза, а ныне эксперт Sky Sports Фил Томпсон. Но дорогие трансферы Улье не улучшали игру команды (Эль-Хаджи Диуф в 2002 году за £11 млн.; Харри Кьюэлл в 2003 году за £5 млн.), в то время как другие игроки появлялись в клубе почти незамеченными (например, вратарь Патрис Люзи Бернарди, который сыграл всего тринадцать минут за первую команду, а полузащитник Алу Диарра вообще так и не сыграл за «Ливерпуль»). В конце концов дело дошло до того, что «тебя либо увольняют, либо ты приходишь к дружескому соглашению», как деликатно выразился Томпсон. Хотя окончательное решение о будущем Улье было принято только по окончании сезона, даже лучший результат в Кубке УЕФА не смог бы спасти тренера. «Пришло время перемен», — признается Джейми Каррагер. Фил Томпсон соглашается: «Цитируя то, что говорили люди, мы зашли так далеко, как только могли. Мы не смогли пройти еще дальше, чтобы завоевать Святой Грааль — Премьер-лигу. Если мы не могли этого сделать, нам нужно было найти кого-то, кто мог бы».

    Исполнительный директор Рик Пэрри понимал, что переворот нужно отложить до лета, но он спокойно планировал перемены еще с той игры в Марселе. «Мы продвигались шаг за шагом до конца сезона, потому что у нас все еще были цели, ради которых нужно было играть, — вспоминает он. — Было очень важно финишировать четвертыми, и мы не хотели, чтобы от этого отвлекалось внимание. Затем мы должны были взвешенно решить, что делать с Жераром Улье».

    Сезон был катанием на американских горках с точки зрения выступления команды — в какой-то момент команда опустилась на девятую позицию, и даже многострадальный и верный «Коп» начал кампанию по освистыванию. Дэвид Мурс, стойкий председатель клуба, затем публично выразил свои чувства по поводу того, что ничто меньшее, чем четвертое место, не будет приемлемым. Это стало первым шагом на пути к смене режима.

    После двух серьезных поражений — «Арсеналу» со счетом 2:4 на «Хайбери» и «Чарльтону» со счетом 0:1 на «Энфилде» — «Ливерпуль» улучшил свою игру, одержав три эпические победы (в том числе триумфальные 1:0 на «Олд Траффорд» благодаря пенальти Дэнни Мерфи) и две ничьи, поднявшись на последнее место, дающее право на Лигу чемпионов. «Энфилд» пожелал «ну и хрен с ним» тяжелому сезону оптимистичным скандированием: «Лига чемпионов, вот мы и пришли».

    Через девять дней после окончания сезона и через шесть лет после того, как он прибыл на «Энфилд», Улье ушел в отставку. Или, точнее, его подтолкнули на такой шаг. «Ливерпуль» финишировал на тридцать очков позади чемпиона, «Арсенала», что было просто неприемлемо. Он покинул команду в понедельник 24 мая, а 16 июня было подтверждено, что новым тренером «Ливерпуля» станет Рафа Бенитес. «Очевидно, мы были осведомлены о достижениях Рафы», — говорит Пэрри. И это еще мягко сказано. «Валенсия» больше, чем любая другая команда в последние два года эры Улье, разбирала «Ливерпуль» на части. Их превосходство над Красными было более острым, чем даже у «Арсенала» или «Манчестер Юнайтед». «Они трижды очень хорошо играли против нас, — вспоминает Пэрри. — дважды в Лиге чемпионов и один раз в предсезонке. Наши игроки уходили с поля со словами: “Это хорошо организованная команда”. По правде говоря, мы не играли против столь многих лучших команд, чем “Валенсия” Рафы, и это то, что стоит иметь в виду». Еще одно преуменьшение: те, кто находился на вершине иерархии «Ливерпуля», знали, что Бенитес должен быть их человеком.

    Первая игра, в которой испанец встретился со своей будущей командой, была его самой первой игрой за «Валенсию» на турнире в Амстердаме летом 2001 года. «Ливерпуль», все еще возвращающийся на землю после драматической победы в финале Кубка УЕФА над «Алавесом», обыграл «Валенсию» благодаря единственному голу Яри Литманена. Но испанская команда, хотя и испытывала недостаток в физической форме и силе, хорошо себя показала. Год спустя тренер показал, на что он способен с талантливыми игроками и небольшим количеством времени. В первом матче группового этапа Лиги чемпионов Бенитес дебютировал в главном европейском клубном турнире, а «Валенсия», продемонстрировав великолепный футбол, победила «Ливерпуль» со счетом 2:0 на стадионе «Месталья». Как английские, так и испанские СМИ сравнивали его команду со знаменитым «Ливерпулем» 1980-х годов. Его первый визит в качестве менеджера на «Энфилд» завершился единственным голом Руфете и победой со счетом 1:0, но «Ливерпуль» был польщен результатом. «Валенсия» вышла из группы. Команда Улье — нет.

    Товарищеский матч между двумя командами на «Энфилде» в августе 2003 года был использован руководством «Валенсии», чтобы попытаться разрядить обстановку во все более ожесточенных столкновениях между Хесусом Гарсией Питарчем, их футбольным директором, и Бенитесом, который публично жаловался на вмешательство Питарча в трансферные дела. Этот спор оказался началом конца для Бенитеса в «Валенсии». Несмотря на напряженность в кулуарах, «Валенсия» Рафы выиграла со счетом 2:0, и «Коп» удостоил своих гостей щедрой овацией, проявив спортивную честь, которая приятно удивила Бенитеса. «Эти болельщики — иные, не так ли?» — сказал он в тот вечер. Итак, на фоне ухудшения отношений между советом директоров и тренером, но с потрясающим футболом на поле, «Валенсия» начала самый успешный сезон за свою восьмидесятипятилетнюю историю. И их последний с Рафой Бенитесом у руля.

    Десять месяцев спустя английская пресса была полна слухов о том, что Жозе Моуринью, Алан Кербишли и Мартин О’Нил могут заменить Улье на «Энфилде». Но О’Нил никогда не рассматривался всерьез, а Моуринью испортил свои шансы тем, как он отпраздновал гол Коштиньи в ворота «Манчестер Юнайтед» на «Олд Траффорд» в Лиге чемпионов: его прыжки вдоль боковой линии были совсем не по-ливерпульски. Кербишли был более сильным кандидатом, но даже он был всего лишь запасным вариантом на случай, если с Бенитесом ничего не получится.

    Гильем Балаге. «Сезон на Грани» 1. Прибытие Рафы

    Но, конечно, к этому моменту Бенитесу было более чем достаточно кабинетной политики в «Валенсии», хотя он только что выиграл с ними и Ла Лигу, и Кубок УЕФА. Тем не менее, у него оставался еще один год по контракту с испанским клубом, и он был готов довести его до конца, но он чувствовал, что его работа не была признана директорами, которые отказывались подписывать игроков, которых он просил, или, что еще хуже, покупали других, которых он не хотел. Он попросил правого защитника и известного нападающего, предложив купить бразильского обладателя чемпионата мира Кафу, Алессандро Биринделли и Джованни Элбера. Вместо этого он получил левого вингера, уругвайца Нестора Фабиана Каноббио, и молодого, практически неизвестного нападающего Рикардо Оливейру. Когда ему представили Каноббио, Бенитес, что ему не свойственно, потерял хладнокровие. «Если бы я уперся, то Каноббио просто на сыграл бы ни в одном матче за “Валенсию”, — сказал он однажды на шокирующей пресс-конференции на тренировочной базе клуба. — Я попросил у клуба диван, а они принесли мне абажур — и это не правильно», — поэтично добавил он. До этого публичного всплеска он высказал свое разочарование директорам «Валенсии» на нескольких их регулярных, жарких собраниях. На одной из них он сказал им: «Раньше, если я делал пит-стоп, вы для меня меняли колесо. Теперь я даже близко не подберусь к пит-стопу, потому что вы не позволяете мне к нему подъехать».

    Переговоры о пересмотре его контракта начались в начале 2004 года, когда игра «Валенсии» в чемпионате пошла на спад. Управляющий директор Мануэль Льоренте, казалось, не спешил завершать дела, и его позиция не изменилась даже тогда, когда сезон подходил к кульминации и у «Валенсии» был шанс вырвать титул у мадридского «Реала». «Моим идеальным сценарием было продолжить работу, которую я начал в “Валенсии”, — объясняет Бенитес. — Но управляющий директор сказал мне: “Если я дам тебе еще два года по контракту, а потом ты проиграешь три матча, это будет моя проблема!” Если это было индикатором того, какое уважение заслужили мои три года работы, то мне казалось очевидным, что они мало были заинтересованы в том, чтобы я остался. Хуже всего было то, что он сказал мне все это поздним севильским вечером за день до того, как моя команда вышла на поле и вернула себе титул Ла Лиги. Я хотел остаться, но этому не суждено было случиться, потому что парень с таким отношением в любом случае рано или поздно меня уволит. Он дождаться не мог, чтобы снять меня. Я думаю, он чувствовал, что я стою у него на пути, и он хотел свободы, чтобы плести свою маленькую паутину вокруг клуба без сильного тренера рядом. Лично я просто ждал, когда они должным образом разберутся в моей ситуации. Но этот человек просто не хотел, чтобы все разрешалось, так что, конечно, у меня не осталось иного выбора, кроме как подать судебный иск против клуба и публично объяснить причины моего ухода. Я не уходил ни в поисках лучшей зарплаты, ни потому, что был несчастлив в клубе. О многом говорит тот факт, что, когда они должны были вести переговоры о моем новом контракте, человек, который должен был отвечать за эту конкретную задачу, даже не пришел на встречу, и примерно в то же время он общался с другими тренерами».

    В конце сезона 2004 года Бенитес обвинил Льоренте в затягивании переговоров о контракте и в отказе от запланированной встречи с агентом Рафы Маноло Гарсией Кильоном. Он также знал, что в прошлом году «Валенсия» пыталась подписать контракт с бывшим тренером «Мальорки» Грегорио Мансано, еще одним клиентом Кильона. Кроме того, в марте 2004 года Льоренте высказался против Сезара Феррандо, который успешно улучшал свою тактическую работу со слабым составом «Альбасете». А за неделю до того, как Бенитес объявил о своем уходе, генеральный директор позвонил Клаудио Раньери. Рафа почувствовал себя уязвленным и, вероятно, впервые в своей публичной жизни не смог держать язык за зубами. Льоренте, как сказал Рафа по телевизору, «это человек без друзей, который прячется в тени и ждет, чтобы нанести тебе удар в спину». В другом интервью он посетовал: «Похоже, за пределами клуба меня ценят больше, чем в самой “Валенсии”». Не в силах справиться с новыми вмятинами в своей гордости, он сказал Кильону в конце мая, что хочет уйти.

    Тем временем, после многих лет борьбы между крупнейшими акционерами клуба, в совете директоров «Валенсии» наконец-то был восстановлен мир. Новым мажоритарным акционером и будущим президентом стал Хуан Баутиста Солер. Его главным приоритетом было пересмотр контракта Бенитеса. Но было уже слишком поздно. В понедельник, 31 мая, в доме Бенитеса состоялась встреча тренера, его агента и ключевых членов правления «Валенсии». Когда прибыли директора, Бенитес, еще только закрывая за ними входную дверь, сказал Солеру и Льоренте, что они напрасно тратят время. «Ты не останешься, даже за большие деньги?» — спросил встревоженный новый главный. Бенитесу тут же предложили продлить контракт на два года, а также шанс занять должность спортивного директора. Но тренера это не убедило. Уже на следующее утро он провел пресс-конференцию и объявил, что покидает «Валенсию». Вскоре по его лицу потекли слезы, да так сильно, что он не смог дочитать свое заявление до конца. Предложение, которое он опустил, звучало так: «У меня две дочери, одна из которых родилась в Валенсии, и обе они — falleras [любители захватывающего весеннего фестиваля фейерверков в Валенсии], и именно поэтому клуб и город всегда будут в моих мыслях и в моем сердце».

    «Я всегда говорил, что Бенитес сделан из камня и не проявляет чувств или боли, но впервые я увидел, как он плачет, в Валенсии в день пресс–конференции», — говорит Пако Айестаран. Как отметил Рафа в заявлении, «ущерб его душевному состоянию и личному благополучию», который испанский клуб нанес ему за предыдущие полтора года, фактически вынудил его продолжить карьеру где-то в другом месте. Он очень быстро решил, где будет его будущее. В тот же день Рик Пэрри в «Ливерпуле» подтвердил, что «Через две недели будет объявлено о новом тренере».

    Бенитес попросил «Валенсию» расторгнуть его контракт по-хорошему. Клуб, все еще находясь в шоке от создавшейся ситуации, изначально принял такое решение и согласился урегулировать вопрос во внесудебном порядке. Но Льоренте, главная причина решения Бенитеса покинуть клуб, убедил правление подать в суд на тренера за нарушение контракта, а также за ущерб, нанесенный спортивному, экономическому и корпоративному здоровью клуба. Цифра, которую состряпал совет директоров, составляла €3 млн., сумма, которая не имеет никакого обоснования ни в одном из пунктов, содержащихся в трудовом контракте тренера. «Не глупи», — предупредил Льоренте Бенитес, когда впервые услышал об угрозе. Тренер знал, что закон на его стороне и что клуб обязан выплатить ему компенсацию в соответствии с трудовым законодательством страны, если он соблюдал надлежащую правовую процедуру.

    Гильем Балаге. «Сезон на Грани» 1. Прибытие Рафы

    Поэтому, загнанный в угол упрямым отношением клуба, он подал в суд встречный иск на «Валенсию», который гарантировал бы ему законную компенсацию. В итоге он получил €2,4 млн. (Пако Айестаран получил €600 тыс.). Иск клуба против Бенитеса все еще не решен, но он считает, что у них нет шансов на победу. «Вместо того, чтобы вернуться в Валенсию, отдав дань уважения достижениям моей команды, мне приходится возвращаться туда, чтобы разрешать судебные дела», — с горечью отмечает он. На самом деле он не возвращался в город с лета после своего отъезда.

    Несмотря на свое разочарование в клубе, с которым он так многого добился за время своего трехлетнего правления, полностью Бенитес не порвал свои связи. Он почти ежедневно звонит своим старым знакомым, чтобы узнать последние новости и сплетни. И он регулярно читает испанские спортивные газеты (иногда в предрассветные часы, когда первые выпуски публикуются в Интернете), поэтому он был свидетелем всех взлетов и падений «Валенсии» в сезоне 2004/05. Он понимал, что возвращение Клаудио Раньери, который тренировал команду до самого Рафы, было призвано успокоить болельщиков. Со своей стороны, Раньери говорит: «Я знаю, как это происходит, и с самого начала я принимал как норму очень большое влияние, оставленное Бенитесом. Превзойти его всегда было моей главной задачей». Очевидно, совет директоров посчитал, что он не справился с ней, и быстро уволило его после серии неудачных результатов. Бенитес расценил как предательство доверия то, что его бывший помощник главного тренера Антонио Лопес затем возглавил команду. Их отношения все равно испортились за последние несколько месяцев Рафы в клубе, и особенно когда Лопес странным образом заявил, что Бенитес своим успехом во многом обязан ему. Вскоре после своего назначения на пост тренера Лопес потерял всякую поддержку внутри и за пределами раздевалки, и его уволили всего через три месяца после того, как он возглавил команду. Сомнительно, чтобы Бенитес проливал по нему хоть какие-то слезы.

    В последнем матче сезона 2004/05 против «Осасуны» болельщики «Валенсии» выразили свои чувства. В первый год после Бенитеса клуб финишировал седьмым, отставая от чемпионов Ла Лиги «Барселоны» на двадцать шесть очков, и они квалифицировались только на соревнование, в котором никто не хотел участвовать, Кубок Интертото, вынуждавший игроков досрочно заканчивать летние каникулы. Болельщики обменялись текстовыми сообщениями, в которых призывали всех относиться к игре с «Осасуной» как к шансу отдать дань уважения тренеру «Ливерпуля», который в прошлую среду выиграл Кубок чемпионов: «Воскресенье, матч с “Осасуной”, дань уважения Бенитесу. Передай дальше». На матче повсюду были развешаны баннеры, поздравляющие их бывшего героя.

    Бенитес действительно оказал огромное влияние на «Валенсию». Кике Санчес Флорес, экс-тренер «Хетафе», возглавил команду в начале сезона 2005/06 и на своей первой пресс-конференции объявил: «Стиль, которому мы должны следовать — это стиль Рафы Бенитеса». Ирония судьбы не ускользнула от менеджера «Ливерпуля». «Больше всего за последний год мне было больно видеть, что вся работа, которую я начал, не увенчалась успехом, потому что она не была доведена до конца, — жалуется он. — Нужно искать в клубе тех, кто несет ответственность. Некоторые из них хотели бы, чтобы меня вычеркнули со старых фотографий команды!» Конечно, на веб-сайте и в некоторых клубных публикациях они опустили его имя и имена его сотрудников, хотя именно они и организовали самую успешную эпоху в истории клуба. «В “Валенсии” существует предвзятый поток информации, потому что средства массовой информации контролируются определенным направлением мысли и мнением, исходящим от руководства клуба — объясняет он. — Это означает, что обычные болельщики на самом деле не знают, что происходит». Только поняв это, можно поместить в контекст его усилия по борьбе с беспринципной работой, проделанной над ним в «Валенсии».

    Не подозревая о политических тонкостях, которые так расстраивали Рафу, но осознавая проблемы, которые так осложняли его работу в «Валенсии», председатель правления Дэвид Мурс и исполнительный директор Рик Пэрри вылетели в Испанию вскоре после того, как они объявили об увольнении Улье. «Рафа приехал ко мне в Испанию, где мы с Риком встретились с ним, и я был очень впечатлен тем, как он говорил, — вспоминает председатель. — Мы провели с ним полдня, и я был поражен его знанием футбольного клуба “Ливерпуль”. Он сказал нам, что, когда он рос, “Ливерпуль” был командой, которая выигрывала все, поэтому он счел бы за большую честь, если бы мы взяли его в качестве нашего менеджера».

    Бенитес напомнил им, что он хорошо знаком с требованиями английского клубного футбола, развил свои тренерские навыки в команде «Тоттенхэм Хотспур» до 19 лет, работал с первыми командами «Манчестер Юнайтед» и «Арсенала» и внимательно наблюдал за программой развития Футбольной ассоциации Англии в Лиллешолле. «Что также было примечательно, так это его очевидный энтузиазм просто разговаривать о футболе — тактике, игроках и так далее. И по его характеру сразу чувствовалось, что он был непритязателен в хорошем смысле этого слова: в нем не было высокомерия», — говорит Пэрри.

    В день своего публичного, эмоционального прощания Бенитес также передал «Валенсии» свое заявление об отставке. Затем он должен был отработать пятнадцатидневный обязательный период. В течение этого периода, с 1 по 16 июня, «Ливерпуль» проводил неофициальные брифинги об обнадеживающем прогрессе, достигнутом в переговорах с новым тренером. Быстро распространились слухи, что Бенитес уже находится на «Энфилде» и вскоре публично отклонит три других предложения, которые были на рассмотрении — от Шпор, «Интера» и (безусловно, самый выгодный) контракт на €4 млн. за сезон от турецкого «Бешикташа».

    «Ливерпуль» выбрал своего человека в попытке вернуться к стилю руководства, начатому Биллом Шенкли. Как гласил один баннер в Стамбуле год спустя, клуб «не смеет сегодня забывать, что мы наследники той первой революции». Бенитес, как и Шенкли — неприхотливый тренер, который не согласен со «звездными системами»; он не любит попадать в заголовки газет; и его девиз — «работать, работать, работать». Прежде всего, у него безжалостная сосредоточенность победителя. Для клуба было важно убедиться, что процесс восстановления, который, как все знали, просто необходим, был предоставлен кому-то, кто понимал «путь “Ливерпуля”». У этого человека был успешный послужной список, но он все еще был молод (сорок четыре года) и голоден.

    Гильем Балаге. «Сезон на Грани» 1. Прибытие Рафы

    Во время своего первого долгого разговора с Бенитесом, не столько собеседования, сколько беседы о футболе, Рик Пэрри мог сказать, что испанец будет соответствовать всем требованиям. «Ты можешь попытаться объяснить “путь «Ливерпуля»” рекрутеру и попросить его пойти и найти кого-нибудь, но на самом деле только после многочасовых разговоров ты поймешь, тот ли перед тобой человек. С Рафой у нас это чувство возникло почти сразу, — вспоминает Пэрри. — Мы почувствовали, что с ним у нас существует четкая и естественная связь с прошлым. Ключ в том, чтобы не пытаться изобрести эту связь. В прошлом было много вещей, которые, возможно, были неправильными, и ты цепляешься за них по неправильным причинам. Важно цепляться за то, что было хорошим, и это было критически важной частью устойчивого успеха “Ливерпуля” в прошлом, независимо от личностей. Что мы увидели в Рафе, так это скромность, спокойствие и, прежде всего, его жажду большего. И, возможно, Рафа увидел в себе что-то от клуба. Возможно, он понял, что это была не “просто еще одна работа”».

    Конечно, так все и было. С самого начала было ясно, что на Бенитеса будет возложена невероятная ответственность как на тренера, так и на менеджера. Такой мощной двойной роли в Испании просто не существует. Он также собирался возглавить «спящего гиганта» с такой футбольной историей, которой могут похвастаться очень немногие клубы. «Ливерпуль» обладал своей особой магией. Более того, ему предложили пятилетний контракт, который принес бы ему поддержку, время и веру, в которых ему было так жестоко отказано в «Валенсии».

    «Я точно знал, что делать и какое предложение выбрать, — объясняет Рафа. — Возможно, на ежедневной основе величие клуба не так очевидно, но мы с самого начала чувствовали, что в воздухе витает нечто особенное. Например, когда у нас на “Энфилде” минута молчания, ты не слышишь ни единого звука. Они высоко чтут традиции, и им нравится чувствовать себя иначе. Это не просто футбольная команда, это дух. Ты сразу чувствуешь себя как дома. Люди здесь ценят усилия почти так же, как и результаты, и болельщики очень вежливы. Они очень вежливо просят у тебя автограф. Если ты занят с кем-то, они будут ждать, пока ты не закончишь разговаривать. Они даже предложат тебе пиво. Иногда твоей сердце замирает, когда ты приходишь в девять утра и видишь ребенка, ожидающего у тренировочной базы. Ты даешь ему автограф и фотографируешься с ним. Затем, когда ты будешь уходить домой, в какое бы время это ни было, он все равно будет там, ожидая, пока выйдет кто-нибудь другой. И без разницы, идет ли дождь или холодно».

    Выбор Бенитеса в пользу «Ливерпуля» также был вызван настойчивым лоббированием со стороны Пако Айестарана, который постоянно находился рядом с ним в качестве «тренера по физической подготовке» с тех пор, как Рафа делал свои первые тренерские шаги в «Осасуне» в 1996 году. «Рафа, мы должны ехать в “Ливерпуль”», — часто говорил Айестаран своему боссу. «Пако всегда был фанатом “Ливерпуля”, — объясняет Бенитес. — Когда ему было восемнадцать, он написал в клуб с просьбой о шарфе, а они прислали ему несколько комплектов формы для него и его друзей». Айестаран подтверждает: «Я целую вечность говорил Рафе: “Поехали в «Ливерпуль», поехали в «Ливерпуль»”. Я предполагал, что мы должны попробовать поработать в Англии и, если возможно, конкретно в этом великом клубе».

    Пако родился в 1963 году, через три года после Бенитеса, и принадлежал к тому поколению подростков, которые были загипнотизированы «Ливерпулем», который в 1970-х и 1980-х годах выиграл почти все. Очевидно, что дети всегда хотят поддержать команду-победителя и ту, которую они чаще всего видят по телевизору, но в преданности Айестарана были и другие элементы. Он был рожден болельщиком «Реал Сосьедада», и один матч Кубка УЕФА 1970-х годов стал матчем его мечты: «Реал Сосьедад» против «Ливерпуля». По сумме двух матчей Красные разгромили басков со счетом 9:1, и Айестаран, далекий от того, чтобы горевать, был в восторге. В то время за «Ливерпуль» играл Джон Тошак, который позже стал тренером «Реал Сосьедада». Еще позже Джон Олдридж покинул «Ливерпуль», чтобы стать первым в истории не баском, игравшим за «Реал Сосьедад». Итак, в течение двух десятилетий Пако, который просто поддерживал свою местную команду, приходили напоминания о «Ливерпуле». И он никогда не терял того восхищения, которое испытывал в детстве в Стране Басков. «Покинув “Эстремадуру” в 1999 году, мы отправились в Англию и Италию, чтобы посмотреть на тренировки, — вспоминает он. — Мы неделю пробыли в Манчестере, и я продолжал настаивать: “Давай поедем и посмотрим «Ливерпуль» — ты увидишь, как там все!” Но он отказался, и мы на всю неделю остались на тренировочной базе “Манчестер Юнайтед”». Тем не менее, этот ранний визит в мир Премьер-лиги помог Бенитесу получить представление о месте «Ливерпуля» в английском футбольном фольклоре. Это была глубина понимания, которая поразила Мурса и Пэрри много лет спустя.

    По словам одного игрока «Ливерпуля», Айестаран не только «лучший тренер, который у меня когда-либо был», но и «человек, который отвечает за тренировки, следит за физической формой команды, а также имеет право голоса при выборе тактики». Во время матча, пока Бенитес патрулирует бровку, Айестаран остается сидеть, делая заметки. Его работа в это время состоит в том, чтобы выявить любые проблемы, которые вызывает команда соперника, и решить, как их можно преодолеть.

    Длительные профессиональные отношения с Айестараном — один из ключевых элементов успеха Бенитеса в «Тенерифе», «Валенсии», а теперь и в «Ливерпуле». Вместе они накопили опыт и информацию о системах обучения и тактике, «и мы по-прежнему открыты для любого, кто может научить нас новым способам ведения дел», — говорит Бенитес. «Пако очень предан своему делу, но что еще более важно, он очень хорошо осведомлен и всегда учится, — добавляет босс “Ливерпуля”. — Без сомнения, он лучший тренер по физической подготовке, и теперь, когда он стал моим ассистентом, я полагаюсь на него во многих работах, которые раньше сам выполнял в “Валенсии”. Учитывая, что теперь я не только тренер, но и генеральный менеджер, я должен делегировать полномочия. Ребята собирают всевозможную информацию, но Пако — тот, кто собирает всю ее воедино, придавая форму и смысл».

    Гильем Балаге. «Сезон на Грани» 1. Прибытие Рафы

    Некоторые люди обвиняли Бенитеса в том, что он предпочитает научный подход, который может принести в жертву отношения между игроками и тренером. В этом, безусловно, есть доля истины. Отчасти это связано с личностью, которая предпочитает анализировать, а не работать над эмоциями, но также является преднамеренной тактикой поддержания определенной дистанции между собой и своими игроками. Пако и Рафа играют в игру «хороший полицейский, плохой полицейский». Поскольку Пако берет на себя бо́льшую часть тренерской работы, у него тесные отношения с игроками, в то время как Рафа отдает приказы, сообщает плохие и хорошие новости. Он не хочет, чтобы какие-либо его решения оспаривались, поэтому в какой-то момент ему приходится относиться к игрокам не как к друзьям, а как к сотрудникам.

    Пара «парней», которых упомянул Бенитес — это еще два его верных испанских помощника: Хосе Мануэль Очоторена и Пако Эррера. Очоторена, или сокращенно «Очото», был успешным вратарем в «Валенсии» и мадридском «Реале», а сейчас является тренером вратарей «Ливерпуля» и сборной Испании. Бенитес считает, что Очото «добавляет спокойствия к анализу ситуаций». Пако Эррера, ныне менеджер резервной команды, также является жизненно важным компонентом скаутских операции «Ливерпуля». Он взял на себя работу по восстановлению того, что Бенитес посчитал недостаточно укомплектованной базой данных клуба потенциальными игроками. Кроме того, он анализирует соперников, используя передовые технологии для подготовки видеороликов о сильных и слабых сторонах, успешной тактике и их недостатках. Затем этот материал становится основой для регулярных технических брифингов Рафы. Многогранная роль Эрреры сбила с толку многих комментаторов, которые, похоже, ожидают, что клубным сотрудникам дадут одну работу и они будут ее придерживаться. Рафа красноречиво разъясняет ситуацию, просто называя Эрреру «моим советником». «Он выполняет очень важную кулуарную работу, — добавляет Бенитес. — Он не только разговаривает с агентами и узнает об игроках, но и беседует со мной о тактике и анализирует матчи. Помимо игровой и тренерской деятельности, Пако дал игрокам, особенно тем, кто приехал из Испании, уверенность и защиту, которые им порой требуются при смене клуба или переезде в другую страну. Для некоторых здешних парней он почти как отец». Эррера, который играл в Ла Лиге, тренировал команды в испанском первом и втором дивизионах («Мерида», «Бадахос», «Эстремадура»), и его знание европейского футбола, его понимание игр и его тренерский талант были важными элементами в работе Бенитеса.

    Алекс Миллер, главный скаут Улье, помогает Рафе и команде понять требования внутренних соревнований, на освоение которых требуется время, а также играет отеческую роль с англоговорящим контингентом. История шотландца — это история выживания. Сейчас он единственный тренер, оставшийся от прежнего режима, и его пять лет в клубе (плюс семнадцать, которые он провел в «Рейнджерс») дали Рафе необходимый опыт. «Алекс для меня полезен, — говорит Бенитес. — Он очень хороший тренер, который знает игроков и Английскую Премьер-лигу. Очень важно, что он с нами, потому что он может рассказать мне о командах, против которых мы будем играть».

    Сэмми Ли, вероятно, мог бы выполнить работу Миллера, но он слишком сильно чувствовал себя частью предыдущей эпохи и считал, что было бы несправедливо по отношению к клубу или Улье пытаться продолжить работу с новым боссом. «С течением времени в клубе должен появиться кто-то с небольшой историей, — говорит другой старожил “Ливерпуля” Фил Томпсон. — Я думаю, что Рафа совершил большую ошибку с Сэмми Ли. В клубе должно было найтись место и для него». Но Рафа предпочитал рассчитывать на людей, которых он знал, поэтому он привел их с собой. С момента своего прибытия он ясно дал понять, что Ли не будет частью новой команды по принятию решений, и этого было достаточно, чтобы убедить Сэмми подать в отставку. Рик Пэрри попросил его остаться, и клуб даже пригласил его поехать в предсезонное турне по Америке, чтобы он мог познакомиться с новой командой, прежде чем сжигать мосты. Пако Эррера также пытался заставить его почувствовать себя нужным, но Сэмми не удалось убедить себя изменить решение. Несколько слов поддержки от Рафы могли бы изменить ситуацию, но они так и не были произнесены. Их не было и немного позже для Майкла Оуэна или еще позже для Стивена Джеррарда. Бенитес — снова плохой полицейский.

    Во время этого турне по США Рафа вскоре понял, что у него гораздо больше работы, чем он себе представлял. В некоторых случаях команде не хватало базовых знаний и, что еще более тревожно, даже энтузиазма к обучению. Но новый босс не позволил себе отклониться от своей миссии. Он с головой окунулся в процесс перестройки.

    Источник: sports.ru
    sport

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here

    двадцать + 10 =