• «Проблема Германии в том, что в 1990 году мы были чемпионами мира».

    — Хельмут Гросс

    Когда в 1998 году он появился на национальном телевидении Германии, объясняя свою футбольную философию с помощью тактической доски, влияние Ральфа Рангника на немецкий футбол начало расти. Выступление 40-летнего тренера было четким, вера в его собственную философию непоколебимой. «Четверка защитников — это всего лишь средство для достижения цели, потому что то, как мы по-настоящему хотим играть — это совершенно особый тип прессинга», — сказал он в эфире ZDF (Центральное немецкое телевидение), прежде чем добавить: «Возможно, еще один миф, который все еще существует в Германии — четверка защитников играет без последнего защитника».

    Рангник менял правила игры, даже если игроки и тренеры того времени этого не одобряли или не соглашались. Однако то, что он сказал дальше, было красноречиво. Это напоминание о переменах, произошедших на поле и на тренерском мостике в Германии за последние 20 лет, а также о том, как легко забыть — в наш век бесконечной информации — события прошлых эпох. «Часто говорят, что в Германии, особенно в профессиональном футболе, не хватает времени, но я не вижу никакой разницы с другими странами, — продолжил Рангник. — Я думаю, что давление на футбольных главных тренеров так же велико в Италии и в Нидерландах», — сказал он, прежде чем добавить: «Я думаю, что у нас, в Германии, есть проблема и именно поэтому может потребоваться немного больше времени, чтобы передать этот вид футбола команде, потому что многих игроков учили совершенно иначе».

    Почти 20 лет спустя развитие и интеллект немецкого футбола стали выше, чем когда-либо. Немецкие клубы, конечно, не добиваются такого успеха на европейской арене, как их испанские коллеги, но они выпускают множество талантливых тренеров и игроков. Рангник был игроком-любителем, который даже играл в Англии за ФК «Саутвик» во время своей учебы. В качестве тренера Рангник работал в «Штутгарте» на молодежном уровне, прежде чем сделать себе имя, помогая «Ульму» неожиданно подняться вверх по дивизионам. Он работал в «Ганновере» и «Шальке», но добился большего успеха в «Хоффенхайме», который вывел в Бундеслигу двумя подряд повышениями. Удивительно, но затем он вернулся в 2011 году на второй срок в «Шальке», который он привел к историческому полуфиналу Лиги чемпионов, а также к победе в Кубке Германии в 2011 году, прежде чем уйти всего через семь месяцев из-за эмоционального выгорания. В следующем году Рангник стал спортивным директором «РБ Зальцбург», а затем и «РБ Лейпциг». Он вернулся на тренерский мостик, чтобы вывести «Лейпциг» в Бундеслигу, прежде чем вернуться к роли спортивного директора. Однако в сезоне 2018/19 Рангник вернулся на пост главного тренера клуба до того, как Юлиан Нагельсманн возглавил клуб в следующем сезоне.

    Нельзя отрицать, что финансовые выгоды, которые он получил в определенных клубах, не только облегчили его путь, но и сделали возможными некоторые инновации. Однако тренерский стиль и философия Рангника, тем не менее, были чрезвычайно важны для немецкого футбола. Энергичный, целеустремленный и умный, Рангник — один из великих новаторов, Стив Джобс немецкого футбола.

    Разговаривая с Хельмутом Гроссом, становится ясно, насколько сильно Рангник изменил нынешний футбольный ландшафт. «Тот факт, что так много молодых тренеров получают шансы в Германии, связан с более старыми тренерами, — говорит Гросс с улыбкой. — Я думаю, что в прошлом в Германии — и я думаю, что то же самое можно сказать и об Англии — мы работали слишком консервативно. Люди с новаторскими идеями были редкостью. Ральф Рангник наладил работу четверки защитников в Германии — в профессиональном футболе — в конце 1990-х, я думаю, в 1998 году», — говорит Гросс, правильно вспоминая знаменитые слова Рангника на телеканале ZDF.

    «Рангник начал использовать эту идею в юношеском футболе еще в 1984 году. Прошло 15 лет, прежде чем кто-то набрался смелости соединить зональную опеку с четверкой защитников, и признанные тренеры того времени были в ярости. Рангник никогда не говорил ничего негативного о футболе, в который играли другие, просто о том, как он хотел играть, а потом Германия села и сказала: “Он думает, что заново изобрел футбол”. Эта фраза все еще используется сегодня, даже самими тренерами. Если молодой тренер что-то говорит, то более старый говорит: “Он думает, что заново изобрел футбол”. Это показывает, что молодому главному тренеру с новыми идеями было очень трудно. Например, Арриго Сакки в конце 1980-х годов добился огромного успеха благодаря четверке защитников, 4-4-2, офсайдной ловушке и сосредоточенности на мяче. В то время Сакки поднялся на такую величину, что его нельзя было не заметить, и его преемники, Фабио Капелло и так далее, торжествовали с тем же подходом, но это никак не повлияло на Германию. Проблема в Германии заключалась в том, что мы были чемпионами мира в 1990 году, и мы сделали это без плана на игру. Это был футбол Франца Беккенбауэра, он хотел, чтобы каждый игрок демонстрировал свои качества на поле, но главного тренера национальной сборной всегда слегка оправдывают, потому что он выбирает команду из группы, с которой он не работает ежедневно. Так что это должно исходить от клубов, и они должны выбрать философию, которая не просто служит мейнстриму, но и является инновационной».

    Быть смелым и идти против нормы требует определенного характера, и сегодня это все еще так. После того, как «Манчестер Сити» обыграл «Манчестер Юнайтед» в дерби в начале декабря 2017 года, менеджер «Сити» Пеп Гвардиола сказал: «Мы показали, что в такой футбол можно играть в Англии. Люди говорят, что в него можно играть только в Испании, но мы показали, что можно иметь смелость играть так». В том сезоне Гвардиола привел «Манчестер Сити» к титулу чемпиона Премьер-лиги, набрав рекордные 100 очков. Конечно, Гвардиола был в удачном положении, покупая игроков, у которых были наилучшие шансы воплотить его стиль игры, но основная идея о том, что мужество — это оружие, остается. Однако для начала вы должны знать, как им пользоваться.

    «В Германии часто говорят, когда у главных тренеров есть философия, что у тренера есть только План А. У него нет плана Б, — говорит Гросс. — То, что мы с Рангником разработали в игровой философии — во всяком случае, мы верим — это план от А до Я. Это означает, что не может быть никакой создаваемой игрой проблемы, на которую мы не можем найти ответ. Решения в значительной степени отличаются от других, но это не значит, что у нас где-то есть пробел. Мы слишком долго этим занимались», — говорит Гросс.

    Работа Рангника с тогдашним координатором молодежи «Хоффенхайма» Бернхардом Петерсом с 2006 по 2011 год привела к мощному сочетанию инновационных спортивных умов. Прежде чем перейти в футбол, Петерс был бывшим главным тренером мужской сборной Германии по хоккею с мячом и привел ее ко многим чемпионским титулам. Обмен мнениями по различным видам спорта и поиск другого взгляда на игру, пусть даже и правила другие, а мяч другого размера, могут только улучшить понимание. Это одна из многих причин, по которой Рангник является столь революционным тренером.

    Джонатан Хардинг «MENSCH: За конусами» 7. Erfinder (Новатор) Часть 2

    «В конце 1980-х годов в Германии растяжка была огромной, и Ральф Рангник был тем, кто открывался новым идеям и включал их в свои тренировки. Он также квалифицированный учитель. У него есть спортивная степень по физиотерапии, что помогает ему. Он отличный оратор, что тоже необходимо. Он хороший аналитик и обладает отличной памятью. То, над чем мы работали в течение трех часов, мы объяснили Рангнику за 15-20 минут. Ну, мы ему показали. Нам не нужно было ему это объяснять, — говорит Гросс с улыбкой, понимая важность правильных слов. — С его навыками риторики и преподавания он разговаривал с командой так, как будто пробыл с нами целых три часа. Он знал каждую деталь, и это огромный навык».

    В Германии было доказано, что требуется не поколение революционных умов, а один безумно смелый, чтобы прорваться сквозь старую гвардию и переосмыслить свою область деятельности. Бетховен сделал это со своими напыщенными крещендо два столетия назад. Немецкий художник Йозеф Бойс  заявил послевоенной Германии: «Каждый человек — художник». Рангник — и, возможно, Гросс тоже — присоединился к этой группе новаторов, которые встряхнули застрявшие на своем пути миры. Он обладает смелым умом, способным изменить правила игры, и, по некоторой иронии судьбы, его инновации породили поколение тренеров с широким кругозором в его стиле.

    Как и в случае любой революции, обстоятельства играют определенную роль. Прибытие Рангника в «Хоффенхайм» в 2006 году было своевременным с точки зрения изменения перспектив — благодаря работе других изобретательных умов, таких как Петерс и, в конечном итоге, Ларс Корнетка, который стал видеоаналитиком клуба в 2007 году (подробнее о нем в Девятой главе). Рангник также воспользовался финансовой поддержкой SAP (крупнейшего производителя программного обеспечения в Европе) в «Хоффенхайме» и Ред Булл в «РБ Лейпциг». Почти наверняка есть и другие тренеры, переполненные идеями, но не средствами. Даже исключительный талант Бетховена пользовался покровительством знати. Обладать навыком — одно, но быть в подходящей среде для его успешной реализации — совсем другое.

    В «Лейпциге» Рангник и Гросс продолжают развивать и продвигать идеи, которые они задумали в «Штутгарте» и с которыми добились национального успеха в «Хоффенхайме». Одна из них началась с работы, которую выполняет Корнетка. «У каждой молодежной команды у нас есть дополнительный видеоаналитик, — говорит Гросс. — Когда мы приехали, здесь был один на весь клуб, но теперь у нас есть три для первой команды и пять для академии. Это очень важно. Помощник тренера должен находиться в симбиозе с видеоаналитиком. На самом деле трудно разделить эти два понятия, но если бы пришлось выбирать между помощником главного тренера и видеоаналитиком, я бы сказал, что видеоаналитик важнее», — говорит Гросс.

    «Это то, что поощрял Рангник — роль физиотерапевта. В этой области мы увеличили численность персонала на восемь человек. Теперь у нас есть два тренера по физической подготовке. Раньше у нас был только один, а до этого у нас его никогда реально-то и не было. Для нашего стиля игры с такой высокой интенсивностью необходимо иметь их много. У нас меньше времени на поле, чтобы восстановиться, чем у других, и это важная часть нашей философии. На обоих этапах, когда мяч у соперника и когда мяч у нас, мы хотим контролировать игру. А чтобы контролировать игру, когда мяч у соперника, нужно вкладывать много энергии».

    Гросс продолжает: «В 2010 году мы провели научное исследование. Мы хотели знать, привела ли наша защита нападающих, ориентированных на мяч, к более быстрому отвоевыванию мяча, чем зональная или персональная опеки. Профессор, с которым мы работали, измерил ускорения в 1000 ситуациях в 100 матчах и заметил : чем больше игроков ускоряются, тем быстрее вы возвращаете мяч. Это не удивительное озарение, но он заметил — и мы это знали, но он был первым, кто научно это доказал — что если я отвоевываю мяч большим количеством ускорений, то у меня будет больше шансов забить. Он доказал связь между забитым голом или успехом в атаке и тем, как я отвоевываю мяч. С тех пор, прилагая все больше усилий, мы пытаемся усовершенствовать этот подход. Новейшая задача, и у нас есть суперкомпьютерный парень, который находит ценности в вещах, не так заметных для други: проанализировать энергию, движения с высокой динамикой, ускорения со скоростью не менее 24 километра в час и ускорением более двух метров в секунд для всех голов с игры. Он смотрит на фазу после отыгрыша мяча и до удара по воротам. И мы сравнили попытки, которые не привели к успеху — я думаю, что их было более 400 — с 51, которые привели к голам с точки зрения энергии.

    «Если посмотреть на всю энергию фазы отыгрыша мяча и фазы гола, то общая энергия, используемая соперником, немного ниже. На этапе отыгрыша мяча соперник вкладывает, скажем, 30, — говорит Гросс, изобретая цифру 30 в качестве ценности, чтобы показать концепцию более осязаемой. — На этом этапе мы инвестируем 65, — продолжает Гросс, используя 65, чтобы показать, что “Лейпциг” инвестирует более чем в два раза больше, чем соперник. — Но на этапе удара соперник порой вкладывает больше. Однако в целом мы инвестируем больше».

    «Главное отличие заключается в распределении этого динамизма. Это показывает, насколько важна для нас интенсивность на этапе отыгрыша мяча. Многие из наших оппонентов не знают или не верят в это — к счастью. Конечно, есть и другие. Юлиан Нагельсманн недавно выиграл со счетом 3:1, и они [«Хоффенхайм»] забили довольно много голов, но после игры он сказал, что особенно рад, что его команда наконец забила гол после того очередного гегенпрессинга. Вот в чем дело. Это самые важные голы. Мы забиваем, пропорционально, в два раза больше голов после гегенпрессинга, чем другие. В результате мы хуже на стандартах, чем другие. У нас есть возможности для совершенствования», — говорит Гросс, правильно указывая на слабость, которая продолжает преследовать «Лейпциг» из сезона в сезон.

    Объяснение Гроссом исследования 2010 года — это понимание того, в какие детали вдаются некоторые клубы, чтобы получить преимущество над своими соперниками. Не у всех клубов есть средства, чтобы делать это столь подробно, но концепция инноваций, поиска способов получить эти дополнительные несколько процентов от вашей команды в немецком тренерстве очевидна. И смелости Рангника было достаточно, чтобы Гросс сравнил его с некоторыми великими именами футбольной революции.

    «Это было близко к тому, что Валерий Лобановский сделал с киевским “Динамо” и Сакки в Италии», — говорит Гросс. Как ни странно, Рангник однажды встречался с киевлянами Лобановского в товарищеском матче в 1984 году и был вдохновлен их прессингом. В интервью 2011 года в «Дэйли Телеграф», когда он был главным тренером «Шальке», Рангник рассказал об этой встрече. «Я думал, что у нас, должно быть, по крайней мере на три игрока меньше, чем у них. Мне пришлось посчитать, чтобы убедиться, что матч проходил 11 против 11. Их мобильность и энергия, а также то, насколько их игра была организована — были потрясающими, поэтому я поговорил с Валерием и получил представление о его идеях», — цитировали Рангника.

    Джонатан Хардинг «MENSCH: За конусами» 7. Erfinder (Новатор) Часть 2

    Многие видели легендарную игру команды Лобановского, но именно Рангник использовал свое вдохновение для разработки собственной философии. «Это не было что-то неизвестное, — говорит мне Гросс. — Это было ясно даже по телевизору. Киев выиграл Кубок обладателей кубков УЕФА в 1986 году, а Лобановский в то же время был главным тренером сборной Советского Союза, и на Чемпионате мира в Мексике у него была на порядок лучшая команда, чем у нас. Они прессинговали, несмотря на температуру. Это было очевидно, и мы могли бы принять это к сведению в Германии. Но мы этого не сделали. Вместо этого мы выиграли Чемпионат мира в 1990 году с помощью персональной опеки и последнего защитника».

    Несмотря на то, что Рангник в ранние годы столкнулся с сопротивлением, его достижения говорят сами за себя. Однако 60-летний тренер ничуть не приблизился к тому, чтобы расслабиться, возвращаясь на тренерский мостик в качестве главного тренера «РБ Лейпциг» в сезоне 2018/19. Выступая на ITK в Бохуме в качестве спортивного директора клуба, стало ясно, почему Рангник — человек, который изо всех сил пытается сделать перерыв. Он всегда был увлечен развитием молодых игроков — и явно хорошо разбирается в том, какие из них могут развиваться быстрее других. Как получить максимальную отдачу от молодых игроков — это путь вперед, это его мантра, и именно об этом он говорил целый час в последний день конгресса в 2017 году.

    Во время пребывания Рангника на посту главного тренера «Хоффенхайма» он, похоже, собирался подписать Матса Хуммельса из мюнхенской «Баварии», но вместо этого центральный защитник присоединился к дортмундской «Боруссии». Рангник также почти подписал контракт с Томасом Мюллером, но, как упоминалось ранее, сочетание усилий Хермана Герланда и повышение стоимости выкупа не убедили «Хоффенхайм», о чем Рангник явно сожалеет.

    Развитие молодых игроков имеет множество очевидных преимуществ для философии Рангника. Очевидные физические преимущества более быстрого восстановления и большей физической работоспособности сочетаются с тактическими преимуществами — подобные губке умы молодых игроков могут впитывать больше информации, что облегчает убеждение игроков в философии игры.

    Рангник также считает, что работа с молодыми игроками облегчает анализ ошибок с помощью видеоанализа. Их готовность внедрять новые тактики, как правило, выше, и они более открыты тому, чтобы учиться на своих ошибках. В конечном счете, Рангник считает, что работа тренера становится менее сложной, когда игроки мыслят немного менее критически, когда дело доходит до тактических задач. Возможно, в повышении эффективности за счет снижения критического мышления, когда дело доходит до тактики, есть доля правды, но одна из причин, по которой с начала тысячелетия Германия смогла произвести так много талантливых игроков, заключается в том, что «Поколение Почему» поняло ценность того, почему они что-то делают, а не просто как это сделать. Критическое мышление во многих отношениях является ключевым компонентом успешного развития игроков, и без него игроки с большей вероятностью станут чисто продуктом системы, а не сочетанием технических навыков и экспрессионизма.

    Конечно, последний пункт звучит немного как воля правителя с железным кулаком, но он, безусловно, указывает на причины, по которым сильная, четкая философия Рангника может и часто работает столь хорошо. У такого подхода есть и отрицательные стороны, так как некоторые игроки могут быть ошеломлены тактической сложностью. Такое последовательное и дисциплинированное применение может быть трудно в поддержании — и именно поэтому не каждый игрок, которого покупает Рангник (или любой другой главный тренер с успешной философией), превращается в топ-игрока.

    Когда летом 2016 года «РБ Лейпциг» подписал контракт с прославленным шотландским талантом Оливером Берком за 15,2 миллиона евро, тогдашний главный тренер Ральф Хазенхюттль сказал, что у вингера был «пустой жесткий диск» с точки зрения его работы без мяча. Спустя год Берк присоединился к «Вест Бромвич Альбион» из Премьер-лиги. Берк является доказательством того, что не все молодые игроки могут адаптироваться к стратегии клуба, и что ряд факторов влияет на успех способности молодого игрока хранить информацию на своем «жестком диске».

    Однако один неверный шаг не всегда должен быть концом. На самом деле, зачастую он и не должен им быть. Французский защитник «Лейпцига» Дайо Упамекано неудачно сыграл в выездной победе над «Майнцем» со счетом 3:2 в конце сезона Бундеслиги 2016/17 и был удален всего через 41 минуту после начала матча. После этого он сыграл пять из последних шести матчей, постепенно совершенствуясь, и с тех пор превратился в одного из лучших молодых защитников в мире. Упамекано, которому было всего 20 лет, к концу ноября 2018 года быстро приближался к 70 матчам за «РБ Лейпциг».

    Отказ от игроков после неудачных матчей не способствует их развитию, и даже если у них меньше опыта борьбы со стрессом и разочарованием, им нужно дать шанс справиться с этим. Именно так и формируются характеры. Вопрос о том, можно ли справиться с давлением и ошибками в столь напряженной обстановке, зависит не только от человека, но и от среды, в которой этот человек учится.

    Хотя Рангник не навесил на это ярлык, то, что он культивирует — это «культура ошибок». Интересно, что главный тренер сборной Германии Йоахим Лев использовал именно этот термин в преддверии товарищеского матча Германии против Франции в Кельне в ноябре 2017 года. Главный тренер страны стремился видеть, как игроки совершают ошибки и учатся на них, подчеркивая развитие, которое игрок претерпевает в процессе. Вдобавок ко всему, это также личный прогресс, которого добивается человек, что играет огромную роль для Лева при выборе состава на Чемпионат мира, в котором не каждый игрок должен играть свою роль. Выбор нападающего «Фрайбурга» Нильса Петерсена на тренировочный сбор к Чемпионату мира 2018 года вместо Сандро Вагнера (тогда игравшего в мюнхенской «Баварии») стал неожиданностью. Реакция Вагнера была полна разочарования, но она также выявила некоторые черты характера, которые, возможно, оправдали решение Лева.

    Однако на клубном уровне игра имеет первостепенное значение для развития. «Лейпцигу» было бы легко отказаться от Упамекано после одного-двух неудачных выступлений, но в его всего 18 лет молодой человек заслужил шанс узнать, кто он такой, потому что это повлияет на то, каким игроком он станет. В первый игровой день сезона Бундеслиги 2017/18 годов Упамекано пережил кошмарный матч против «Шальке». Однако к концу сезона он был великолепен. По мнению Рангника, в ближайшие годы Упамекано сможет выступать за любую команду мира.

    Джонатан Хардинг «MENSCH: За конусами» 7. Erfinder (Новатор) Часть 2

    И в этом заключается очевидная, но часто упускаемая из виду особенность Бундеслиги — в ней играют молодые игроки. Когда сборные Англии и Германии встретились на «Уэмбли» в ноябре 2017 года, средний возраст обеих команд составлял 25,3 года, но количество матчей на топ-уровне игроков сборной Англии, по общему признанию, пострадавшей от травм, составило 2746, что значительно меньше, чем в Германии — 4130. Аналогичным образом, на Чемпионате Европы 2017 года среди игроков до 21 года в состав сборной Германии из 23 человек вошли невероятные 18 игроков стартового состава команд Бундеслиги, в то время как только три игрока сборной Англии постоянно играли в Премьер-лиге.

    Проще говоря, молодые игроки Германии получают возможность играть. Молодежные сборные Англии провели фантастическое лето в 2017 году, но вопрос в том, получат ли их игроки шанс сыграть в лиге, отчаянно пытающейся сохранить свой статус самой большой и дерзкой в мире. Если они его не получат, то есть шанс, что они будут доверять себе и своим качествам и пойдут по стопам таких людей, как Джейдон Санчо, Рис Нелсон, Мандела Эгбо и Дэнни Коллиндж. В статье, опубликованной в январе 2019 года в «Индепендент», главный футбольный обозреватель Мигель Дилейни перечислил множество игроков-подростков, представляющих интерес для команд Бундеслиги. Дилэйни добавил, что семьи начинают осознавать разницу в возможностях и все чаще чувствуют, что ключевые годы развития лучше благоприятствуют за рубежом.

    На тренерском конгрессе в Бохуме Рангник показал фильм о двух крупнейших талантах «Лейпцига» последних лет, Наби Кейта и Эмиле Форсберге, когда они были в своих предыдущих клубах, и объяснил, что он увидел. Яркая серия нарезок Форсберга включала в себя несколько отличных дриблингов и голов, но его прессинга без мяча, играя за «Мальме», не было как класса. В рамках тактического подхода «Лейпцига» шведский вингер добавил этот атрибут в свой арсенал. Это улучшение позиционирования Эмиле повысило общее качество, поскольку сделало его еще более опасным в переходной игре.

    Рангник признался, что был поражен тем, что ни один французский клуб не интересовался Кейта в то время, когда юноша играл в Лиге 2 за «Истр», намекая на то, что, возможно, французская система скаутов нуждается в некотором улучшении. Как гордый отец, Рангник сказал: «Мало найдется полузащитников, способных на такое мастерство», — в то время как на большом экране демонстрировался ролик, в котором Кейта отвоевывал мяч и продвигался вперед через центр поля во время своего пребывания в «Истре». Удивительно думать о том, как сильно Кейта развился с тех пор и насколько велик его потенциал в «Ливерпуле» под руководством Юргена Клоппа.

    Когнитивные факторы, влияющие на развитие юных игроков, по-видимому, являются специальностью Рангника. Рангник считает, что молодые игроки могут справляться со своими эмоциями быстрее, чем старшие, но научиться справляться с критикой — это навык, который можно развить. В таких ситуациях молодые игроки ищут свое счастье в спорте, и этим должны пользоваться тренеры. Если у игрока правильный менталитет, он не сразу обижается и старается совершенствоваться на поле. Он тренируется усерднее, чтобы больше не попасть в подобную ситуацию.

    По словам Рангника, одним из ключевых различий между молодыми и старшими игроками является их мотивация. Игроки постарше стремятся вернуться к своей прежней репутации, но молодые игроки просто хотят стать лучше. Для этого им также приходится бороться с профессиональным развитием и личностным ростом — и то и другое находится в центре внимания. Молодые игроки действительно хотят стать лучше, но сегодня в этом нет ничего «справедливого», ныне действует гораздо больше факторов, и во многих случаях они влияют на мышление и ожидания молодых игроков.

    Рангник считает, что востребованные таланты должны расширять свой социальный интеллект, потому что влияние значимых других людей, таких как агенты, родители, друзья и консультанты, намного больше на молодых, чем на старших игроков, которые знают, что такое жизнь, знают, чего они хотят и как это получить. Хотя, опять же, кое-что из этого можно расценить как жесткий подход, к словам Рангника прилагается огромный объем знаний. Он знает, как улучшить своих игроков, но он также пытается убедиться, что они сами принимают правильные решения.

    Рангник ограничил выбор автомобилей, которые игроки могут купить, основываясь на их опыте вождения. Если вам больше 24 лет, вы можете купить «быстрый» автомобиль, но если вам от 18 до 21 года, вы ограничены автомобилем с меньшей максимальной скоростью. Это может показаться диктаторством, но в нынешнем футбольном климате, когда многие борются за то, чтобы найти этот дополнительный процент — как вне поля, так и на нем — за этим стоит все же  причина. Также приятно слышать, что этим внезапно разбогатевшим молодым людям дают рекомендации по вопросам вне поля.

    Все это сводится к четкому плану, созданию и укреплению командной связи. Рангник сказал, что он был рад однажды вернуться в комнату отдыха игроков после тренировки и обнаружить пятерых игроков (Юссуфа Поульсена, Фабио Кольторти, Доминика Кайзера, Марселя Хальстенберга и Марселя Забитцера), играющих в стратегическую игру Catan. Хотя все это звучит слишком идеально, чтобы быть реальностью, матчи «Лейпцига» чаще всего предполагают сильную связь вне поля и на поле.

    Однако для того, чтобы все это соединить воедино, нужен отличный главный тренер. Ральф Хазенхюттль, безусловно, один из них. У австрийца была скромная игровая карьера, и в качестве нападающего он провел всего восемь матчей за свою сборную. В своей карьере на тренерском мостике, после тренерской работы в баварской команде «Унтерхахинг», он привел «Аален» к продвижению во второй дивизион, где его работа привлекла внимание «Ингольштадта». Оттуда он вывел относительно новый клуб в Бундеслигу, а затем получил свой шанс в «РБ Лейпциг». После успешной дебютной кампании «Лейпциг» не смог пробиться в Лигу чемпионов в конце сезона 2017/18. В мае 2018 года Хазенхюттль на год раньше отказался от своего контракта после того, как «Лейпциг» не предложил ему желаемого долгосрочного продления контракта, и к концу года он стал главным тренером команды Премьер-лиги «Саутгемптон».

    В десятом номере Socrates — Das Denkende Sportmagazin («Спортивный журнал для думающих фанатов») Феликс Зайдель взял интервью у Хазенхюттля, и тот рассказал о том, каким главным тренером он является и каким хочет стать. «Если я стремлюсь к чему-то, я не ставлю себе никаких ограничений. Я всегда думаю о максимуме, об оптимальном. И если это произойдет, то это будет похоже не на сбывшуюся мечту, а скорее на вознаграждение за большие усилия. Однако с годами это мышление изменилось. Как у футболиста у меня были ограничения. В качестве тренера, я не вижу, чтобы это было так».

    Джонатан Хардинг «MENSCH: За конусами» 7. Erfinder (Новатор) Часть 2

    В случае с «РБ Лейпциг» ограничения, безусловно, не являются одним из компонентов, но было очень приятно услышать, как главный тренер говорит о том, что то же самое относится и к нему самому. Оценка Хазенхюттлем того, насколько развитие волнует журналиста, не говоря уже о болельщиках клуба, которым посчастливилось иметь его в качестве главного тренера.

    «Я хочу научиться как можно большему, чтобы стать лучшим главным тренером. — сказал Хазенхюттль Зайделю в Socrates. — Что является основой для лучшего тренера? Если вы выигрываете много титулов в Лиге чемпионов, вы определенно очень хороший главный тренер. Но я не знаю, являетесь ли вы тогда лучшим главным тренером. У вас может быть возможность добиться подобных успехов с топ-командами. Более важными для меня являются вопросы: Как далеко вы зайдете как тренер? За какой уровень развития вы можете ухватиться? Сколь многому вы учитесь? Что вы знаете? И когда наступит тот момент, когда вы объедините и выразите все это вместе со своей физической подготовкой, чтобы стать идеальным главным тренером? Это очень волнующе. Я не знаю, где заканчивается мое развитие в качестве главного тренера. Вероятно, оно нигде и не заканчивается. Но, возможно, настанет момент, когда у меня не будет такого внутреннего стремления требовать от себя 50-60 игр в год».

    Хазенхюттль — интригующий персонаж, чья игровая философия успешна. В том же интервью он признался, что является эмоциональной личностью, потому что следует мантре: «Огонь, который вы хотите зажечь в других, должен гореть внутри вас». Рангник — более спокойная, более дотошная личность. В конце своего выступления в Бохуме его профессорский подход расцвел, когда он объяснил формулу, которую он вывел для молодых игроков:

    Врожденный талант + приобретенные навыки × менталитет = компетентность

    Используя 10-бальную шкалу в своей формуле для оценки недавно подписанного 18-летнего датского нападающего Юссуфа Поульсена, Рангник пришел к такому выводу:

    5 + 6 × 10 = 110

    (Врожденный талант + приобретенный навык х менталитет = компетентность)

    Затем Рангник использовал воображаемый пример, чтобы еще больше подчеркнуть свою точку зрения. Представьте, что в ваш клуб пришел игрок с необычайно высоким талантом (9) и мастерством (7), но с плохим менталитетом (3). Этот игрок, согласно формуле Рангника, был бы значительно хуже (48), чем Поульсен (110). Следуя этой логике, становится ясно, почему Поульсен — именно тот игрок, которого вы хотите видеть в своей команде. Он не только станет лучше, но и будет иметь правильный менталитет. Интересно, однако, что Рангник не описал, как определялись эти значения.

    Оцененный в то время всего в 400 тыс. евро, Поульсен прибыл в «РБ Лейпциг» в 2013 году за скромные 1,3 млн. евро. Его текущая рыночная стоимость составляет около 10 млн. евро. Следуя той же идее, его 24-летний товарищ по команде Марсель Забитцер наблюдал, как его стоимость выросла с 2 млн. евро в 2014 году до 25 млн. евро. Ясно, что для Рангника сильный менталитет имеет решающее значение, и как только главный тренер осознает это, следующая мантра применима к игроку: «Используй его или лишишься».

    Одна вещь, которую я усвоил за время своих поисков, чтобы понять, как и почему немецкое тренерство остается впереди — это то, насколько смелым является этот процесс. Результат всегда будет важен, но метод его достижения для великих тренеров имеет равную ценность. Как сказал Франк Вормут о создании момента, дело не в том, чтобы приблизиться к воротам, а в том, как вы это делаете, и для тренерской карьеры Ральфа Рангника вопрос «как» всегда был самым интригующим и проницательным.

    Все три ключевые фигуры «РБ Лейпциг» — главный тренер, спортивный директор и тихий вдохновитель — верят в то, что нельзя устанавливать границы, но надо бросать вызов нормам, даже когда успех уже есть, и надо быть смелыми. Все это является частью влияния на первые шаги по внедрению философии, развитию характера тренера или жизни человека. Все начинается с вас самих. Что вы хотите создать? То, что это делают другие, не делает это правильным или единственным способом. Ральф Рангник не верил, что система с последним защитником работает, и хотел создать стиль игры, ориентированный на прессинг. Хотя нельзя отрицать, что полученная им финансовая поддержка способствовала реализации его инновационных идей, он в первую очередь должен был иметь эти идеи и быть достаточно смелым, чтобы продвигать их. Он верил в ценность своей работы.

     

    Источник: sports.ru
    sport

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here

    семнадцать + 6 =